Беседа о целомудрии и чистоте. Священник Максим Каскун

Сегодня у нас продолжение тем о добродетелях – о целомудрии и чистоте. Как правило, слова целомудрие и чистота ассоциируются у людей с девством. Но, как мы дальше увидим, эти понятия значительно шире, но как раз именно телесная чистота, т.е. избежание блудной порочности, является, конечно, одной из доминирующих составляющих в качестве добродетели целомудрия.

Сегодня, изучая эти добродетели, мы будем давать некоторый ответ страсти блуда (помните, когда мы изучали грех блуда, мы говорили о том, что есть противоположная добродетель, которая этот грех изживает; также мы с вами изучали в беседе «Как спастись в современном мире», что добродетели вытесняют грех и грех вытесняет добродетель, поэтому для того, чтобы избежать блудного греха, человек должен употребить целомудрие и чистоту и, соответственно, пребывать в этих добродетелях, потому что это естественное состояние для христианина).

Итак, определение слова целомудрие. Целомудренный человек создает у нас некоторый образ в голове – мы сразу думаем, что человек девственник. А если вдуматься в само слово, в его составляющую, то получается – «целая мудрость», т.е. некоторая цельность человека. Почему слово целомудрие было изобретено у нас в славянском языке? Как и многие слова богослужебного языка возникали не потому, что они были в славянских наречиях употребляемы, а потому, что было греческое слово, которое нужно было перевести более-менее буквально. В данном случае «целомудрие» перевели более буквально, что значит «целая мудрость», цельное представление, цельное мышление, цельный взгляд на жизнь, то есть такое собранное, единое, не рассеченное видение окружающего мира. Преподобный священномученик Петр Дамаскин говорит: «Целомудрие есть здравый (целый) образ мыслей, то есть не имеющий (какого-либо) недостатка и хранящий собираемое мудростью доброе и отвергающий все худое». Святитель Василий Великий добавляет: «Целомудрие есть истинная, с сознанием соединенная сила, глубоко отпечатлевшаяся в душе и уничтожающая оставшиеся следы срамных, греховных движений». И преподобный Иоанн Лествичник говорит следующее понятие: «Целомудрие — всеобъемлющее название всех добродетелей. Целомудрие есть чистота души и тела». Я бы сказал ещё такое от себя определение, что целомудрие и чистота как добродетели, если посмотреть в общем, широком смысле слова, — это есть благоговение, образ жития. Благоговение в целомудрии является нервом, его основополагающей струною, красной нитью, потому что благоговение хранит человека от всех грехов и от многих вещей, о которых я скажу вам в конце лекции, когда зачитаю цитату преподобного Исаака Сирина.

А теперь мы с вами попытаемся представить себе из узкого понятия, немного расширить наши границы о том, что такое целомудрие, как его приобретать, как хранить и как пользоваться этой добродетелью. Прежде чем мы будем говорить о целомудрии в общем, хотел бы сказать ещё несколько слов о чистоте, как составляющей добродетели целомудрия. Чистота рассматривается Святыми Отцами очень часто и отдельно, но она является, конечно, составляющей основную часть добродетели целомудрия. «Что такое — чистота? Это — добродетель, противоположная блудной страсти; это — отчуждение тела от действительного впадения в грех и от всех действий, приводящих к греху, отчуждение ума от помышлений и мечтаний блудных, а сердца от ощущений и влечений блудных» (святитель Игнатий Брянчанинов). Отсюда видим, что такое чистота – это некоторый страж, который постоянно человеку говорит о том, что нельзя впадать во всякого рода осквернения. Не только в блудное, но и в любое греховное, потому, что грех оскверняет человека. И как мы дальше увидим, это есть как раз благоговейное поведение. Святитель Василий Великий говорит, что чистота – это точное, благоговейное, усердное исполнение заповедей Христовых. Т.е. когда человек старается точно, благоговейно, усердно исполнять заповеди Христовы – он живет чисто, он приобретает чистоту и чистота ему во многом помогает.

Виды целомудрия. У целомудрия есть несколько видов, их можно подразделить на разные категории. Я разделил их так:

  1. Внешнее целомудрие. Это когда человек в своей жизни, в своем обиходе пытается соблюсти приличие, меру поведения, скромность в одеждах, в разговоре, во взглядах, в движениях и т.д. Т.е. – именно целомудрие внешнее. Например, в пастырском богословии для священников описывается, что священник, когда идет по улице, не должен махать руками, как солдат, потому что это неблагоговейно, потому что это разрушает целомудрие. И действительно, после того, как прочитаешь и начинаешь обращать внимание, смотришь, что одни священники всегда ходят с опущенными руками, скромно. Другие руками отмахивают так, что складывается ощущение, будто строевой подготовкой в свое время перезанимался человек. Казалось бы – кто как хочет, тот так и ходит, однако нет. Есть определенные внешние воздействия на душу человека, о которых мы много говорили, что внешнее благоговение очень важно и в данном случае оно тоже играет роль.
  2. Семейное целомудрие, когда супруги верны друг другу. Святитель Игнатий Брянчанинов говорит, что верность есть основа семейного целомудрия. Верность проистекает не из обязанности быть таким, а из любви. Человек любит, и поэтому он верен. Иначе верность сохранить невозможно. Все остальные внешние вещи работают до поры, до времени. Допустим, до революции женили насильно, с детства уже всё было расписано – кто за кого выйдет замуж, за какого соседа, уже все знали заранее, потому что семьями кто-то дружил, общался, и за какую-то семью человек считал достойным выдать своего ребенка или женить на представителе какой-то фамилии, и так старались подбирать. А любили дети друг друга или не любили – это вообще никто не спрашивал. Просто женили, да и всё. А свадьбу как играли: родители веселятся, а молодые просто сидели, т.е. это вообще для родителей было всё. А сейчас – наоборот. И говорят, что это явление производило то, что многие семьи были несчастны. На самом деле, когда разговариваешь с людьми, кто так выходил замуж или женился – никто из них, собственно, не жалуется. Трагедии бывали тогда, когда человек уже в кого-то влюблялся, а его женили или выдавали замуж за другого. Тогда да, начинались трудности, потому что приходилось одного из сердца выгонять, второго впускать. А когда люди ничего этого не знали, греха не знали, сердце спокойно, тогда жили и жили — не тужили. Жили спокойно, одеяло не делили, кто первый, потому что всё было без этих человеческих страстей и всё было нормально. И верность супругов в этом случае очень удобно сохранялась. Зато сегодня говорят – вот, по любви люди женятся, все свободны. А какой процент разводов? Жуткий. Зато по любви. Молодые, понаженятся, а потом начинают думать – а что я женился, собственно. И ситуация такова, что сегодняшняя философия ложной свободы на самом деле приносит человеку вред, и на самом деле верность супругов в этом случае нарушается больше и чаще. Буквально недавно был случай – люди долго жили, у них не было детей, буквально со школьной скамьи были вместе, всё нормально, всё свободно, по любви. Вот, недавно человек собрал вещи и ушел. Что ушел? К другой ушел. Объяснил тем, что детей нет. Это, знаете, когда дети в песочнице играют, такое можно объяснение рассказать и все поверят. Потому что мужчина, если он женщину любит, то он никогда от неё не уйдет. Есть дети – нет детей, мужчина любит женщину, он живет с женщиной. А все эти сегодняшние моменты – это даже странно… Поэтому верность супругов не обуславливается такими вещами, о которых я сказал. Она обуславливается именно любовью, когда человек осознанно, зрело, обдуманно дает обещание Богу и сам в себе понимает, что он любит этого человека и готов вместе с ним жить, жертвовать собою, преображаться, меняться. Потому что семья – это то горнило, где человек переплавляется (а не то горнило, где он переправляет всех других под себя, т.е. семья это не то совсем), и, соответственно, так происходит становление человеческих отношений.
  3. Также я бы добавил к виду целомудрия чистоту и благоговейность самих супружеских интимных отношений. Монахи не любили об этом говорить, ограничиваясь только верностью супругов, чтобы не было блуда, прелюбодеяния и проч. Но все-таки христиане живут, вопросы на исповеди батюшкам часто задают, и на форумах это иногда озвучивается, что бывают разные сексуальные извращения, происходящие в семье, и они оправдываются любовью. Поэтому против всего этого нужно сказать свое слово. Во всяком интимном сближении должно руководствоваться (по крайней мере, оглядываться на это) благоговением. Если близость или формы этой близости разрушают благоговение, человек чувствует, что он так делать не должен, если один из супругов как-то некомфортно себя чувствует, то второй должен обязательно прислушиваться к этим вещам. Очень часто бывает, что один из супругов откровенно склоняет второго на содомский грех, и всё это считается нормальным. Потом батюшка оказывается виноват, что запретил. А как быть, если человек не понимает, что это грех? То есть надо стремиться к более-менее естественному супружескому времяпровождению.
  4. Самый совершенный вид целомудрия – девство. Девство бывает вынужденное, если человек болен, перенес операцию, травму, болезнь и не может быть полноценным, бывают евнухи, которых насильственно оскопили. Бывает, что по старости человек не может и вынужден воздерживаться. То есть это неестественная, вынужденная мера. Бывает девство приобретенное, когда человек сам может его приобрести. Как может после многих падений человек может приобрести девство, т.е. уцеломудрить себя посредством очищения, покаяния, подвига, стать скопцом ради Царствия Божия, так и бывают люди, не познавшие этого плотского греха, тоже приходят в целомудрие. Хотя телесно такие люди чисты, не совершили грех, но, как говорит святитель Василий Великий: «не познал я женщины, но я не девственник», потому что грех живет внутри человека и развращает его. Девство – это самый совершенный вид целомудрия, который помогает человеку максимально собраться и сконцентрироваться на Царствии Божием. Когда человек уходит в монастырь, он уходит для молитвы. А что такое молитва? Это концентрация своего внимания на Боге и на Царствии Божием – в монастырь уходят для этого. В беседе о блуде мы как раз озвучивали эту мысль, что после интимной связи, супружеских отношений (я уже не говорю о блуде) человеку очень тяжело молиться. Потому что при этом душа теряет много сил, энергии, а если всё происходит ещё и страстным образом, то происходит ещё и осквернение. И конечно, в таких состояниях человеку потом трудно настроиться на молитву, трудно в молитве пребывать.
  5. Ложное целомудрие, которое происходит от гордости, когда  человек гнушается браком как блудом. Гнушается женщинами, как скотинами (некоторые есть такие «мудрецы»). Т.е., когда всё плотское человеку ненавистно и он ведет одиночный образ жизни, находится в некоем девстве. На самом деле, такие люди глубоко несчастны: они и в монастыре жить, по-монашески, не могут, и в миру ходить – то же. И они потом, как неприкаянные. «Вечный жид» — можно употребить к ним такое выражение, странствуют-странствуют, и никак не могут прибиться, потому что вот это их внутреннее повреждение, которое укоренилось благодаря их рассеянности, нерадению, оно мешает им жить. Они и семью создать не могут, и в монахи не могут вступить. А если некоторые и вступают – тоже в монастыре не могут найти себя.

Как приобрести добродетель целомудрия. Вообще, добродетель можно приобрести? Можно. А через что? С Божией помощью, конечно, не в магазине она покупается. Это подвиг, борьба. Я много думал о том, что христианства нет без подвига, даже была у нас беседа об этом. И я нашел завещание одного священника, который перенес много гонений, его родственники, дети погибли в советское время. И он оставил такое посмертное завещание после себя, где он пишет, что если в христианстве нет узкого пути, в нашей повседневной жизни нет узкого пути, если мы себя не ущемляем, то у нас тогда и христианства нет. И это действительно так, потому что подвиг и борьба – это основа христианской жизни, духовности. Потому что Господь Сам сказал: «идите узкими вратами». А их ещё и найти надо, потому что «немногие находят их» сказано. Потому что это не просто так – я хочу. Ещё найди сначала, а потом протиснись через узкие врата.

Итак, святитель Иоанн Златоуст говорит о том, что, прежде всего, первое на приобретение целомудрия и чистоты мы должны употребить воздержание и преодоление похотей борьбою, т.е. сопротивлением. Преп. Исаак Сирин говорит, что пост – источник целомудрия. Воздержание, умеренность, борьба, сопротивление греховным помыслам, по возможности – не соглашение с греховными мыслями, которые у нас бывают. Мы часто так делаем, что нам помысел приходит какой-то в душу и мы просто не боремся, мы сразу соглашаемся. Почему? Да потому что нам это нравится. Вот где «собака зарыта». Как бороться с грехом, который нравится? Что касается целомудрия – не только сам блудный грех, но и его проявления (развязность, бесстыдство и проч.) – мы настолько к этому привыкли, что нам нравится такой образ жизни: свободный, легкий, независимый… И на самом деле человеку очень трудно от этого отказаться, потому что ему это нравится. Как бороться против того, что нравится? Это тяжело. Поэтому здесь, конечно же, от нас требуются большие усилия, и в этой борьбе, в этих попытках человек потихоньку, помаленьку начинает переплавляться, как-то осознавать, что все-таки от добродетелей больше пользы, больше тишины, спокойствия, силы, крепче душа становится, а от греха – хуже. Он начинает это опытом познавать и, соответственно, с каждым разом от опыта он возрастает от силы в силу, становится крепче и потом более легко ему удается отказываться от греха. Также очень важно – обуздание гнева, потому что гнев (раздражение) является одним из самых молниеносных грехов. Вспышка – и всё, человек на дне падения. Поэтому, когда бывает раздражение, человек уже должен понимать, что раздражение – это начальная стадия гнева и нужно сразу бороться с раздражением.

Также – обуздание взора и благоговение в обращении с людьми. Очень важно, говорит преподобный Иоанн Лествичник, в этом обращении с людьми беречься телесного осязания. К нам на форум приходит вопрос по поводу добрачных взаимоотношений молодых людей, спрашивают – можно ли целоваться. Знаете, сегодня многие батюшки говорят, что можно целоваться, в этом нет никакого греха… Хотел такой вопрос встречный задать – а вдруг так случится, что это не твой человек? Я понимаю, что все бывают уверены… Но знаю такой случай – девушка выходила замуж, была намечена свадьба на следующий день, и они с молодым человеком переспали. А на следующий день умер их родственник, они свадьбу отложили, а потом вообще разошлись. И всё! То есть никто не даст гарантию. Я не против этого, потому что не запретишь, но даю совет (как говорит Апостол Павел – не повеление, а совет), предостережение, что если ты будешь делать так, то это всё может привести к падению. И не только целование – даже держаться за ручку небезопасно для молодых. Когда я начинал ходить в Церковь, то отец Геннадий Фаст с другими отцами так учили – брат да сестра вдвоем чай да не пьют. Не то что за ручку не держатся, а – вдвоем чай да не пьют. Потому что, оставшись вдвоем, всё может произойти и происходит в этот момент. И происходит, а потом ничего нельзя изменить. Потом – расплата за грех и прочее… И если мы посмотрим, может быть, из кинофильмов кто-то видел или в жизни кто встречался, что, когда блудница хочет соблазнить человека, она его хватает за руку. Он проходит мимо, она его хватает за руку для того, чтобы передать ему телесный импульс. Когда человек почувствует тепло, он на мгновение как будто цепенеет, и если он засомневался, или задумался, то можно сказать точно, что он пойдет «на второй этаж»… То есть он уже мимо не пройдет. Поэтому все эти вещи должны быть весьма и весьма контролируемы. Святые Отцы рекомендуют, чтобы это телесное осязание было минимальным. Во избежание нечистоты в брачных отношениях человек не должен проводить осязание до разных срамных мест, чтобы его супружеские отношения были менее постыдными. А если человек живет один, то телесное осязание приводит к рукоблудию, и люди потом не могут с этим справиться. Поэтому Святые Отцы говорят, что нужно спать одетым, если человек живет один, и дают разные советы, когда человек уже к этому привык. Все эти грехи на самом деле очень тяжелые, тяжкие, а все начинается с какого-то простого осязания, просто с прикосновения! Всё, казалось бы, безвинно и заманчиво. А заканчивается это всё тяжкими недугами, которые врачевать потом просто невозможно. Человек просто «смиренно» это делает и уже ничего не может с собой поделать.

Святой Исаак Сирин всегда говорит в борьбе с разными грехами и приобретении добродетелей об упражнении в чтении Священного Писания, Святых Отцов и о продолжительной молитве. Без чтения Священного Писания невозможно, тем более, оно нам сегодня доступно, открыто. У всех есть дома Библия, но мы не читаем, нам некогда, с работы приходим, объедаемся, сытые падаем на диван, лежим, делаем неизвестно что. А именно Священное Писание помогает. Помните притчу: ученик приходит к старцу, говорит – «Отче, ты мне говоришь читать Слово Божие, я читаю, но вот что-то ничего не запоминаю, ничего не остается у меня в голове», —  он говорит – «Ты сходи на речку и помой лист капусты». Он пошел, начал мыть. Моет-моет, потом говорит: «А зачем я её мою? Она же, кажется, чистая». Старец отвечает: «Ты не видишь той грязи, которая садится. Но когда ты её постоянно моешь, она уже точно не марается». Когда человек постоянно читает Священное Писание, он постоянно очищает себя. Слово Божие проникает внутрь человека и очищает его. И чем чаще, систематически человек это делает, тем больше он препятствует греху проникать в его душу. И так же продолжительная молитва, по возможности, по силам. Всем об этом говорю. Молитва – это самый тяжелый труд, нет ничего тяжелее, потому что молиться – это кровь проливать, говорят Отцы, для того, кто хочет молиться по-настоящему, как учат Отцы, внимательно, с проникновением. У преподобного Исаака Сирина написано, что один старец сказал ему, когда было у них в беседе рассуждение о молитве, что молитвой можно считать то состояние, когда скорбело сердце, и была утомляема плоть. Если этих моментов не было, то молитва недоношена, несовершенна. В советское время очень часто любили говорить о том, что попы – лодыри, ничего не делают, а монахи – вообще тунеядцы. Попы хоть что-то делают – семьи у них, а эти вообще только молитвой занимаются. И сложился целый менталитет того, что молиться —  это просто тунеядство. Из самого тяжелого подвига сделали карикатуру, что это – просто лодырничество. Но всё это вмиг меняется, когда человек приходит в Храм. Только в Храм зашел — и говорит: «Можно сесть? У меня ломик в спине торчит, я не могу стоять больше. Как вы здесь стоите?» И первое время, пока человек не привыкнет, пока себя не натрудит, у него всё время болит спина, болят ноги, тяжело ему, потому, что плоть начинает бесноваться и унывать, ей тяжело, т.к. молитва начинает давить на плоть, порабощает плоть души.

Самый прямой путь для приобретения целомудрия, говорит Иоанн Лествичник, – это сознание своего бессилия перед Богом, предоставим Ему наши немощи и получим целомудрие неприметным образом. Почти слово в слово эту цитату перефразирует Игнатий Брянчанинов в своих «Аскетических опытах». Я бы хотел сказать, что сознание своего бессилия перед Богом возникает у человека, когда он трудится. Когда человек трудится, когда он борется, тогда он ощущает свою немощь: «Господи, я не хочу трудиться, всё, я устал». Сначала так. Потом, когда он натренировал свою волю, когда он уже готов сражаться и не хочет отступать, он видит, что он не может. Сколько бы он ни трудился, он просто не может. И как раз в этот момент, говорят Святые Отцы, нужно предоставить эту немощь, свое бессилие Богу, смириться перед Ним – и тогда спасение придет неприметным образом, ты получишь целомудрие, потому что Господь даст тебе его. Он – Податель всех благ. Мы должны трудиться, мы должны работать, мы должны пахать. Но, как сказал преподобный Исаак Сирин, замечательные его слова и они сегодня всем известны, что награда дается не трудам, не подвигам и не постам (что ты трудился – ничего тебе за это Господь не даст), а награда дается за смирение, которое происходит в результате этого труда. Т.е. когда человек повергает свое бессилие перед Богом, свою немощь отдает Ему, выражает перед Богом свое смирение, показывает: Господи, я смирился. Помните, эту грань Силуан Афонский выразил в таких словах: «Господи, Ты неумолим!» И он сник, и в это время ему явился Христос и даровал ему благодать Свою.

Преподобный Кассиан подтверждает эту мысль, говоря, что нельзя приобрести эти добродетели, если не будут положены основания смирения в нашем сердце, в нашей душе. Никто сам собою их не приобретет, только благодаря подвигу, труду и смирению, происходящему от них. Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Целомудрие есть небесное приобретение, удел ангелов, дар Божий», показывая, что целомудрие – небесного происхождения и нисходит к нам по благодати Божией. Мы все от земли и по-земному мыслим, а для того, чтобы приобрести небесное, нужно, чтобы нам даровал его Господь.

И охраняется целомудрие следующим образом. Преподобный авва Херемон говорит так: «Целомудрие сохраняется не пособием строгости (воздержания), а любовию к нему, и удовольствием от собственной чистоты». То есть не тем, когда человек сам себя обкладывает, охраняет и проч. Не самодовольством, а тем, когда человек получает наслаждение от чистоты, находящейся в нем. Наслаждение это спокойно выражается в радости, в спокойствии совести, в тишине, в благодати, когда ты, например, выходишь из Храма или помирился с кем-то, и от чистоты, от целомудренного состояния ты чувствуешь эту радость, эту цельность и понимаешь, что жить — хорошо, замечательно, жить нужно. Поэтому любовь к целомудрию – она единственная охраняет его. Как я уже сказал, что в семье то же самое бывает, по такому же закону, что верность в семье хранится любовью. Любовь – это не чувство определенное, а любовь – это добродетель, которая приобретается со временем. И в зависимости от развития этой добродетели, её вживания в сердце человека происходит и степень, и категория верности.

Признаки целомудрия. Святитель Григорий Нисский говорит, что есть такое общее понятие, чтобы определить, находимся ли мы в целомудренном ощущении, на целомудренной дороге или же нет. Он говорит, что середина между удовольствиями греха и гнушением браком есть целомудрие. То есть когда человек не радуется удовольствиям греха и не гнушается браком – он находится в состоянии целомудрия. Т.е. находится в некоторой правильной установке – стремится к браку и гнушается грехом, а не наоборот, когда человек грех считает за грех лишь только потому, что он просто гнушается всем плотским. Так же, когда у человека внутри спокойное отношение к приходящим помыслам. Т.е. его внутреннее состояние не сопереживает греху, не сочувствует этим помыслам, которые приходят, он безразличен к приходящим греховным мыслям. Пришла греховная мысль, а человек как-то вяло на неё реагирует. Всё это есть признаки целомудрия и начала его в человеке. Так же чувство непрестанного прилепления к Богу, когда есть желание непрестанно соединяться с Богом, размышления о Господе, о Царствии Небесном являются признаками целомудренного отношения. Что касается семейных людей – это, конечно, верность, любовь к своему супругу (супруге). Что касается девственников – это любовь ко Христу Жениху, любовь к Богу. Т.е. когда люди являются верными, соблюдают себя для своих близких, которым они посвятили свою жизнь (это — Господь, если человек девственник, или наш суженый, которого даровал нам Господь). Чистая, мирная совесть тоже свидетельствует о том, что мы находимся в состоянии целомудрия. Совесть говорит, что не было проникновения греховного в нашу крепость, как страж, и что пока, вроде, всё спокойно. Так же чистота сердца и не ощущение зла по отношению к себе. Как говорит Апостол Петр: «Кто сделает вам злое, если вы будете ревнителями доброго». Очень часто мы живем так, что зло по отношению к другим мы не чувствуем, а по отношению к себе сразу чувствуем. Позвонил мне один человек и говорит, что его сильно обманули — они заказали какую-то вещь в интернете, а им её не привезли. И говорит: «я обычно всех прощаю, но так как задели моих родственников, мою семью, поэтому я простить не могу»… А когда то же самое случается с другом или ещё с кем-то – это уже нас не касается. А должно быть наоборот. Мы не должны чувствовать зло по отношению к себе, потому что всё доброе, Господь нам всё это посылает, и какое горе ни приходило бы к нам в жизни, нужно понимать, что так Господь судил, надо всё это претерпеть и очиститься от грехов своих. Кто переживал утрату близких, большие скорби, тот знает, о чем я говорю. И если человек все это препобедит, то он получит венец многострадального Иова, который ради Господа, ради испытания его праведности перед Богом, в угоду сатане, можно сказать, был подвергнут многим испытаниям и козням, но выстоял, всё претерпел и ни в едином слове не согрешил против Господа. Также такие качества, как стыдливость, скромность и благоговейность показывают нам характер целомудрия. Сегодня мы живем в таком мире, что стыдится даже как-то и… стыдно. Постыдился, и как-то даже стыдно за себя становится – что ты такой стыдливый-то… «Наглость – второе счастье», а ты тут всё – стыдливость какая-то… Всё так поменялось, что людям действительно очень тяжело ориентироваться в этих нравственных точках в духовном пространстве. И конечно, не хватает людям познания и духовной культуры. Раньше от воспитания у людей многое было, —  человека воспитали так, он вырастает и знает потому, что его мама так научила, потому, что отец ему так сказал. И ему не надо рассказывать, что там, как, где, кто хорошо живет – он сам всё знает потому, что его научили нравственной жизни. Недавно встречались с педагогами, разговаривали о воспитании детей. Они же неверующие, педагоги, и как сегодня любят говорить: «А почему только Православие? А давайте ислам, индуизм изучать! Почему только Православие мы должны изучать, что это такое?». И начинаешь объяснять им, почему Православие: простой пример – обычная русская девушка познакомилась с татарином (мусульманином), а у него, оказывается, и жена, и ребенок, он не разведен. И они начинают дружить… Потом она приезжает в Храм, мы с ней разговариваем и я ей говорю, что это неправильно, не должно быть так всё, надо прощаться с ним. Она говорит: «Ну как же. Он сказал, что у них-то это нормально – иметь две, три жены, он же меня будет содержать, он же меня будет кормить. Это-то нормально». И я им говорю: «Вот вы хотите быть второй или третьей?». Русская женщина не хочет быть второй или третьей, никак. Сразу: «Нет! Конечно, мы не хотим!» Я говорю — а воспитать детей в исламе мы все как бы и не против сегодня. За Православие мы что-то не можем побороться, а воспитать детей не пойми в чем – мы все тут как тут. Такие моменты в жизни бывают. И поэтому, когда мы настаиваем на Православии, мы настаиваем на традиционных нравственных ценностях. Почему? Потому что эти ценности относятся уважительно не только к человеку в целом, но и, что касается данной ситуации – к женщине, ещё к чему-то. Поэтому, когда человек говорит о Православии, он не говорит потому, что это выгодно ему, а говорит о том, что это спасительно и полезно. Тем более что мы знаем, что христианское Откровение – это самое высокое Откровение и нет откровения выше.

Подвести итог хотел бы тем, какие плоды человек получает от целомудрия. Зачем человеку приобретать это целомудрие, кому оно нужно сегодня, неужели без него нельзя прожить? Оказывается, нельзя. Оказывается, что без целомудрия и чистоты нельзя видеть Бога: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят». Обитель Святого Духа Господь творит в человеке, который живет целомудренно. Также, говорит преподобный Исаак Сирин, при целомудрии человек получает внимательную, благодатную, радостную молитву. Т.е. то, ради чего мы сегодня трудимся, говорим, чтобы нам приобрести молитву – соответственно, целомудренный человек получает и молитву. И как сказал один из Святых отцов, мне очень понравилась эта цитата – что человек, стяжавший целомудрие, получает залог Святой Троицы. Получает залог – т.е. некоторое семя Святой Троицы, и по этому образу Святой Троицы человек будет возрастать, преображаться от славы в славу, приобретать Божественный образ и богоподобие. В Таинстве Крещения мы получаем залог Святого Духа.

Ну а основным выводом я бы хотел привести большую цитату аввы Исаака Сирина из его замечательной книги «Слова подвижнические». Эти слова 7 века по Рождестве Христовом являются фактически основным источником для многих подвижников благочестия. Святой Исаак обладал удивительным даром сжатой, сконцентрированной формы передачи божественно-духовного видения тем, кто не соображает, как мы с вами. Он умел найти слова, подыскать их по благодати Божией, и в краткости, в емкости выражить многие духовные вещи, которые помогли потом многим людям обрести спасение. Я зачитаю вам «Слово 9», не всё, кто хочет, может прочитать дома или найти в интернете всё «Слово 9». Оно относится как раз к целомудрию, или же «О чине и уставе новоначальных и о том, что прилично им». Он дает некоторый образ внешнего поведения. Целомудрие должно иметь для нас какие-то внешние заповеди – как поступать, как целомудрие сохранять. В этом «Слове» они изложены. Я бы хотел ещё присовокупить к этому нравственные правила Ветхого Завета. Допустим, Господь говорит: «побить камнями того, кто посмеялся над хромым». Чем хороши такие нравственные правила? Ты посмеялся над хромым, поглумился над ним, ты оскорбил человека – ты должен погибнуть за это. Это не какая-то злость, а это воспитание, это Божественная педагогика для ветхозаветных людей, которые были дикие в нравах. Нельзя глумиться над тем, кто убог, кто от рождения или из-за какого-то случая стал инвалидом. Нельзя смеяться над старостью, хамить старым… И Святые Отцы, многие из которых Ветхий Завет знали наизусть и эти правила, пытались эти правила как-то оформить, дать им духовную оболочку. То, что я вам сейчас зачитаю, написано по большей части для монахов, но 95% — и для нас. Мы можем здесь на внешнюю оболочку немного не обращать внимания, а смотреть на смысл того, что советует преподобный Исаак Сирин:

«Вот целомудренный и Богу любезный чин — не обращать очей туда и сюда, но простирать всегда взор вперед». Т.е. когда человек идет, он должен смотреть вперед. Помню, подруга была с супругой, когда я пришел в Храм, и было видно, когда она от чаши отходила, то пыталась обсмотреть каждого, кто стоял в Храме. В конце концов она бросила супруга, потому что блудный дух не дал ей покоя. А он выражался в этом, и если бы она обуздывала это всё, то могла бы спастись, конечно, но этого не произошло.

«Не празднословить, но говорить только необходимо нужное; довольствоваться убогими одеждами для удовлетворения телесной потребности, пользоваться яствами, поддерживающими тело, а не для чревоугодия; вкушать всего понемногу, не презирать одного, а другое избирать и этим одним охотно наполнять чрево, прочее же отметать. Выше всякой добродетели рассудительность. Вина же, когда нет с тобою друзей, или не имеешь болезни, или упадка сил, не вкушай». Упадок сил или друга пришел утешить – можешь, один – не вкушай. Знаете, это форма страшного алкоголизма – пьяницы-одиночки, он может всю жизнь один пить. Это страшно. Человек как обычно делает – он купил, поставил и сидит, ждёт, кто бы зашел. «Один, — говорит, — не могу», и это хоть как-то его удерживает. А если человек может один выпивать – это очень плохо, это пагубно и уже трудно будет в этом случае остановиться.

«Не прерывай речи, когда говорит другой; и не отвечай, как невежда, но будь тверд, как мудрец. И где бы ни находился ты, почитай себя меньшим всех и служителем братии своих. Ни перед кем не обнажай ни одного члена своего; не приближайся ни к чьему телу без необходимой причины». Помните, мы выше говорили о целомудрии телесном. Очень важно это знать. Часто при общении люди начинают как-то приближаться друг к другу, прикасаться, дышать, норовят прильнуть, чтобы передать какие-то телесные позывы. Исаак Сирин много об этом говорит и обращает внимание, что этого не надо делать.

«Не позволяй, чтобы и к твоему телу приближался кто без важной, как сказано, причины. Уклоняйся от вольности в речах, как от смерти. И сну своему приобрети целомудренный чин, да не удалится от тебя охраняющая тебя сила». Что значит – «сну целомудренный чин»? Спать нужно ровно, спокойно, не разваливаться, как на траве под солнцем, а в нормальной позе лежать ровно, руки скрестив, сложив. Многие Отцы для того, чтобы таким образом спать, в гробу ложились, чтобы дисциплинировать себя. Кстати, не только Отцы – ещё я один фильм смотрел, там один чудак в гробу спал всё время, Отцов начинался что ли.

«Где ты ни спишь, пусть никто, если только можно, не видит тебя. Ни пред кем не извергай слюны». То есть не плюйся при людях. Сегодня, если молодежь, так они просто изливают фонтаны…

«Если, когда сидишь за трапезой, найдет на тебя кашель, отвороти лицо свое назад и так кашляй. Ешь и пей с целомудрием, как прилично чадам Божиим». Т.е. ешь неспешно, благоговейно, размышляя о Подателе благ – Господе Боге.

«Не протягивай руки своей, чтобы с бесстыдством взять что-либо из предложенного друзьям твоим. А если сидит с тобою странник, раз и два пригласи его вкусить, и предлагай на трапезу благочинно, а не в беспорядке. Сиди чинно и скромно, не обнажая ни одного из членов своих. Когда зевнешь, закрой уста свои, чтобы не видели другие, ибо если удержишь дыхание свое, зевота пройдет. Если входишь в келию настоятеля, или друга, или ученика, храни очи свои, чтобы не видеть, что там есть. Если же понуждает к тому помысл, будь внимателен к себе, не слушайся его и не делай этого. Ибо кто бесстыден в этом, тот чужд иноческого образа и самого Христа, даровавшего нам сей образ. Не обращай внимания на те места, в которых спрятана утварь в келии друга твоего. Тихо отворяй и затворяй дверь у себя и у товарища своего. Ни к кому не входи внезапно, но, постучась отвне и испросив дозволения, потом уже войди благоговейно.

Не будь тороплив в походке своей без необходимой потребности, заставляющей поспешить». Бывает, когда человек опаздывает, то можно, а так – не надо спешить.

«Всем будь послушен во всяком добром деле, только не следуй за любостяжательными, или сребролюбцами, или миролюбцами, чтобы не сделалось диавольское дело. Беседуй со всяким кротко, смотри на всякого целомудренно, ничьим лицом не насыщай очей своих. Идя дорогою, не опережай старших тебя. А если товарищ твой отстал, отойдя немного вперед, подожди его. Кто не так поступает, тот несмыслен и уподобляется свинье, которой нет закона. Если товарищ твой начнет речь с кем-либо встретившимся, подожди его и не торопи. Здоровый больному пусть заранее скажет: сделаем, что потребно.

Никого не обличай в каком бы то ни было проступке, но себя почитай во всем ответственным и виновным в прегрешении (…) ».

Вот такие небольшие основы преподает нам авва Исаак как проявление добродетелей целомудрия и чистоты. Сделаем вывод, что целомудрие и чистота – это не только воздержание от блуда, не только девство, но это есть благочинное, стыдливое, совестливое житие, которое выражалось, как помните, всего лишь двумя простыми словами: «И ходил Авраам пред Богом». И это хождение пред Богом вменилось ему в праведность. И мы с вами должны ходить пред Богом, всегда имея Бога в очах своих для того, чтобы нам стяжать добродетель целомудрия и чистоту – обитель Небес.
***

Текст составлен по фильму-лекции о целомудрии и чистоте.

Если Вы заметили ошибку в тексте — пожалуйста, напишите нам об этом на электронную почту – bogovidec@yandex.ru

Открыть текстовый документ беседы о целомудрии и чистоте

Добавить комментарий